Чудеса
песня исполняется дуэтом с Игорем Кио
Новогодний праздник. Недаром его называют волшебным, потому что всем хочется, чтобы этот вечер стал вечером чудесных превращений, сказочных тайн. Честное слово, нам хочется того же самого, но, к сожалению, и это ни для кого сегодня не тайна - чудес на свете нет. И это я знаю точно, так как занимаюсь их массовым производством.
А жаль, что чудо стало неволшебным,
И нету старых сказочных чудес.
Среди лягушек - ни одной царевны,
А Мальчик-с-пальчик вырос и исчез.
Все рыбы расколдованы наукой,
И нынче хоть на площади кричи,
Что по знакомству с выловленной щукой
В круизы можно, можно ездить на печи.
Все равно никто не поверит!
Вот, если б действительно - в круиз на печи, но мы предпочитаем океанские, воздушные лайнеры, современные автомобили и поезда, а некоторые вообще путешествуют по телевизору, благодаря "Клубу кинопутешествий", и все эти путешествия прекрасны, но абсолютно неудивительны все по той же причине - чудес не бывает.
А яблочко по блюдечку катилось,
Показывая все наперечет -
Какое чудо в свете приключилось,
А также что потом произойдет.
Зато теперь волшебный Сивка-Бурка,
Назначенный лошадкой ломовой,
Скрывает, что он вещая каурка
И не встает, как лист перед травой,
Ну все равно же никто не поверит!
И правильно делает эта милая лошадка, что скрывает, потому что все сказочные Сивки-Бурки на блюдечках сегодня разве что наших детей и то слегка удивляют. И я искренне завидую, Алла Борисовна,
Что Вам удалось сохранить столь редкое качество: веру в чудеса, которых, конечно же, извините, нет.
Нет!
Давно, давно на чудеса пропала мода. Пропала.
Все стали и умнее и взрослей. Да!
И с каждым днем, и с каждым Новым годом
Вас удивлять становится трудней. Ну уж Вам-то!
И глядя, как летит по небу стая,
Мы твердо знаем - чуда в этом нет.
Ну вот спасибо вот, что рояль летает,
Но Кио не откроет свой секрет.
Все равно никто не поверит.
Никто!
Похожие новости.
Скоростріл, Фуфайка
Скоростріл, фуфайка, і з тризубом шапка, ватра лісова Даруй, Боже, моїй Україні вільнії права (2) Скоростріл, фуфайка, і з тризубом шапка, нічка темная Побратима мого зачепила куля вражая (2) Він лежить на листі пізньою
Колискова
Ой, спи, дитя, колишу тя. Доки не вснеш,
Вовки
Так само, як в мережі вірусу, У кожного під шкірою Є місце для весни. Під тобою прірва знизу, Твій розум десь поблизу, Десь на рівні глибини. І все ніби-то нормально, Навкло віртуально, Але ідуть вовки. Вовки шкляні, проникливі, Вовки зі
To the Dogs or Whoever
Deep in the belly of a whale I found her Down with the deep blue jail around her Running her hands through the ribs of the dark Florence and Calamity and Joan of
Времена Года
И вот опять эта осень и снова осень: унылая пора – очей очарованье. Деревья листья остаться просят – они же в ответ говорят им «до свиданья!». Ветер упрямый, всюду шныряя, листья охапкой