Под Балконом

Ба нас с тобой кто-то сглазил, я отвечаю,
Ну ведь не даром мы с тобой Замоскворечане,
У нас броня, тут семь высоток и три кольца,
Я Гуф два икса плюс ты Ориджинал Ба,
Но ситуации бывают разными,
И на земле всегда будет хватать ахуевших пидарасов,
В тот странный вечер 25 октября
Прости меня Ба, за то что не уберег тебя,
Короче слушайте в двух словах
Мои следственные показания под музон, еще и в стихах,
Здесь все именно так, как там у них на бумагах
С моими подписями в их печатях и штампах,
25 октября 2007 года я такой-то, такой-то
Шел в сторону дома, вместе со своей девушкой
Такой-то, такой-то и другом таким-то таким-то
Мы шли в сторону дома,
Мой двор на местности называют пьяным,
Там постоянно: бычье, студенты, панки, эмо, фаны,
И мне не показалось странным когда,
Пятеро в углу двора пиздят одного ногами,
Не показалось странным мне, но не моему другу,
Который пошел к ним, слушайте дальше,
Я хватаю свою девушку в подмышку, а он к ним
Типа парни, слышь, хорош, это уже слишком,
Все как один разворачиваются и бегут в сторону него,
Я понимаю не здоровое дерьмо,
В эту секунду вы не поверите, такая картина:
Из подъезда выходит Тамара Константиновна,
Пять невменяемых типов ломятся убивать нас,
Девушка, бабушка - паника, ужас,
Если бы Ориджинал Ба там не ступила,
Этого может быть и не было, но было, то что было,
Потом, как и должно быть конечно
По сценарию предусмотрено двадцать секунд экшена,
Но эти двадцать секунд нам показались бесконечными,
Улица, дверь, домофон, клетка лестничная,
Нас там чуть не убили, было очень страшно,
Мы еле забежали в лифт и нажали этаж свой,
Слышали их топот параллельно пока мы поднимались
И мы ужасно испугались
Чудом забежали в квартиру, стали звонить в милицию,
Все втроем мы начали звонить в милицию,
Хотели позвонить кому-нибудь еще, но только некому,
И мы продолжали звонить в милицию,
Трое стояли внизу под балконом,
Орали: спускайтесь сюда, вам пиздец гандоны
Двое дергали ручку, били ногами по двери,
Штукатурка осыпалась, приди посмотри,
Пока они ушли, прошло минут пятнадцать,
Мы вспомнили про бабушку, она ушла к соседу,
Мы и подумать не могли, что пока мы были наверху,
Какая-то сука сломала бабушке руку,
Мы отвезли ее в больницу, там ей наложили гипс,
Старушке 83 года, читает газету "Жизнь",
Почему не стали подавать заявление в милицию,
Наверное просто не хотели трепать себе нервы,
Ну вот я думал все затихло, типа все замяли,
Съездил с любимой отдохнуть, искупались в океане
Прилетаем, сидим дома, дуем, семь утра,
Звонок в дверь, на пороге опера,
Вы такой-то, такой-то? Да
С нами пройдемте. А что случилось?
Мы вам расскажем по пути,
Везут меня до отдела и там я понимаю
Что у кого-то дела я главный подозреваемый,
Оказывается в тот же день, того же года
Им поступило заявление такого рода, точнее уведомление:
Из Склифосовского доставлен сотрудник милиции, отпиженный жестко,
Примерно в то же время, вечером того же дня
Три типа стояли скромно, бухали во дворе у меня,
Ну как это обычно бывает: скромно три типа
Стояли, бухали, во дворе моего дома,
Вдруг откуда не возьмись появляется парень
И самому здоровому из них с ходу сует в ебальник,
Резко соскакивает, и скрывается за дверью моего подъезда,
Что было дальше интересно?
Эти в ахуе слышат с моего балкона,
Тот же парень орет вам пиздец, потом минута ровно,
Появляется пятнадцать человек с битами
И некоторые из них сейчас в Склифе с черепами пробитыми

Мораль той басни такова, морали нет вообще, так ведь легче,
Это просто слова о том как обстоят дела, здесь в Замоскворечье

Мораль той басни такова, морали нет вообще, так ведь легче,
Это просто слова о том как обстоят дела, здесь в Замоскворечье

Похожие новости.

Сегодня для меня упало небо в лужу. Исчезла тень моя и мне никто не нужен. Погружен был мой мозг в лирический экстаз. На крае пропасти стою уже не в первый раз. Я против всего

Я привык к тому, что всю жизнь мне везло, Но я поставил на двойку, а вышел "зеро", И вот самоубийца берется за перо И пишет… И скрип пера по бумаге, как предсмертный хрип, Мой

Black eyed ravens They spiral down They tilt his head back To the flame filled sunset Raise their guns high As the darken falls These are the days boys Shallow man Shallow man (shallow man) and they Eats in

(муз.К.Лель и И.Крюков, сл. Н.Шемятенкова) 1.Как хочется мне плыть в потоке Весенних дней среди зимы, Забыть обиды и упрёки и помнить Только слово «мы». Без одиночества, печалей, От горьких слёз и лишних слов, И быть всегда с

Як ми ходимо обоє нетрями старого дому!.. Гобелени і гобої славлять пару невідому, ніби бачать нашу змову: кожен дотик - теплий спалах. І тоді ми знову (й знову) переходимо в дзеркалах. На годиннику з гербами, як завжди, година друга, крадеться