Петербургская Осень

1. Придет пора, и золотым дождем осыпет Петербург торжественная осень.
И каждый будет думать о своем, и мы друг друга ни о чем не спросим.

2. Несутся над Невой, от холода дрожа, накинут на плечи тепло лучей под утро,
И ветер яблоню, к земле прижав, разденет сильною рукой ее, беспутный.

3. По Невскому пройду булыжной мостовой,
Грохочет по камням далекая пролетка.
Куда же ты, убогая? Постой! Не исчезай, прошу, за поворотом!
Не исчезай, прошу, за поворотом!

4. Придет пора, и камни на дворцах
Дыханьем ледяным зажгут огонь в каминах.
Отхлынет кровь от бледного лица,
Свеча вдруг вспыхнет пламенем каминным.
Кудрявый мальчик вдруг склонится над листком,
От рифмы от нечаянной хмелея, и небо смотрит с грустью и тоской
На памятник у Русского музея, на памятник у Русского музея.

5. Уже прошло лет тридцать после детства.
Уже душой все трудней раздеться,
Уже все чаще хочется гулять не за столом, а старым тихим парком,
В котором в сентябре уже нежарко,
Где молодости листья не сулят, где молодости листья не сулят.

6. Уже старушки кажутся родными, а девочки - как куклы заводные,
И Моцарта усмешка все слышней.
Уже уходят за полночь соседи, не выпито вино и торт не съеден,
И мусор выносить иду в кашне, и мусор выносить иду в кашне.

Похожие новости.

Обещает Быть С Тобой

Сколько можно искать тебя Сколько можно терять тебя Губы кусать, самой себе не доверять Видеть растроеных глаз Оставив незаконченых фраз Это не я, это кто-то за меня Обещает быть с тобой Обещает целовать тебя по утрам Обещает быть

Страх

Входи в мой дом как друг Чтобы потом предать меня. Ешь хлеб из моих рук, спи у огня. Люби меня как брат Чтобы суметь меня убить Когда тебя твой страх закрутит вниз. В доме, где кроме

Витя и Максим

Это Витя, это Витя, это Витя Витя и Максим Это Витя, это Витя, это Витя Это Витя и Максим Раньше в садике любил из пластилина лепить Сейчас в падике, прошу парней посветить Раньше я не понимал,

Гимн Морю И Горам

Заказана погода нам Удачею самой, Довольно футов нам под киль обещано, И небо поделилось с океаном синевой — Но вызов брошен, шпаги скрещены. Не правда ли, морской хмельной невиданный простор Сродни горам в безумье, буйстве,

Nathan Adler

Old Touchschriek was the main nameserver Suspected of being a shoulder surfer But he didn't know from shit About challenge response systems Now Ramona A Stone we know was selling interest drugs She got males all